В деле ТоАЗа нашли новые нестыковки — Росбалт

Новости

Адвокаты руководителей и владельцев ПАО «Тольяттиазот» (ТоАЗ) рассказали журналистам о своем видении уголовного преследования их подзащитных и привели интересные подробности, в частности, что обвинительное заключение в деле о мошенничестве было составлено на компьютере «Уралхима» — второй стороны этого корпоративного конфликта.

Руководителей и владельцев «Тольяттиазота», одного из крупнейших предприятий химической промышленности России, входящего в тройку основных производителей аммиака в стране и в десятку мировых лидеров, обвиняют в мошенничестве на $550 млн. Дело ТоАЗа находится в Комсомольском суде Тольятти с декабря 2017 года. По мнению адвокатов, расследование ведется с нарушениями процессуальных процедур. Это касается и допроса свидетелей, и экономической экспертизы, на которой базируется обвинение. В сущности, выводы специалистов несостоятельны, поскольку сравнивали они несопоставимые цифры, заявил журналистам в ходе пресс-конференции в Москве адвокат Александр Гофштейн, представляющий интересы Сергея Махлая. Он объяснил: устанавливая суммы хищений, эксперты сравнивали продажные цены на продукцию предприятия за июнь с рыночными ценами на сентябрь, октябрь, ноябрь, а не на тот же месяц. Почти за полгода они могли заметно вырасти. По мнению адвоката, если корректно все пересчитать, обвинение развалится.

Эксперты уже и сами признают, что ошиблись — на 5,7 млрд рублей. По словам Гофштейна, одна из авторов документа — г-жа Семлютина — прямо заявила об этом на допросе.

Всего, по словам адвокатов, в ходе экспертизы по установлению ущерба специалисты допустили 70 ошибок. В результате, сумму ущерба снизили с 84 млрд до 65,5 млрд рублей.

Более того, как рассказал журналистам адвокат Денис Симачев, электронная версия обвинительного заключения была составлена на компьютере «Уралхима» — миноритарного акционера «Тольяттиазота» и инициатора уголовного дела против его руководителей и владельцев. Этот факт защита выяснила, посмотрев свойства файла обвинительного заключения, который получила от следователя. Когда об этом сообщили судье, тот заявил, что «проверил данные обстоятельства». По мнению Симачева, это может означать, что такой же документ в электронном виде был передан и в суд. Чтобы прояснить ситуацию, защита попросила вызвать следователя на допрос, но суд в удовлетворении ходатайства отказал.

Дело в отношении ТоАЗа возбудили в 2012 году по части 4 статьи 159 УК РФ. Позже суд заочно арестовал бывшего владельца «Тольяттиазота» Владимира Махлая, его сына Сергея, а также владельца швейцарской Ameropa AG Андреаса Циви и директора швейцарской Nitrochem Distribution AG Беата Рупрехта. По версии обвинения, с 2007-го по 2012 год компания «Тольяттиазот» продавала Nitrochem свою продукцию по заниженным ценам, после чего «швейцарцы» якобы перепродавали ее уже по рыночным, а прибыль партнеры делили между собой. Примечательно, что объем якобы похищенной таким образом продукции равен количеству всего товара, который предприятие выпустило за четыре года. Все это время компания платила налоги и зарплаты сотрудникам, отмечают адвокаты.

Напомним, что дело возбудили по заявлению компании «Уралхим» — миноритарного акционера ТоАЗа, которому принадлежит 9,97% предприятия. «Тольяттиазот» в свою очередь обвинил компанию «Уралхим» в попытке рейдерского захвата. Как пишут «Известия», мажоритарные акционеры ТоАЗа подали иск в Высокий суд Ирландии еще в 2016 году. Ответчиками выступают компания «Уралхим», председатель ее совета директоров Дмитрий Мазепин, аффилированные с ним Eurotoaz Limited (Ирландия) и Belport Investment Limited (Великобритания), а также группа лиц — Евгений Седыкин, Андрей Бабичев, Дмитрий Коняев, Милко Минковски и Андрула Харилау.

Как сообщает издание, в постановлении от 27 июня 2019 года Высокий суд Ирландии утвердил обязательство «Уралхима» отказаться от совершения любых действий, направленных на обращение взыскания на акции ТоАЗа, принадлежащие истцам в данном процессе, до момента разрешения судебного спора по существу или принятия ирландским судом решения об отсутствии у него юрисдикции по данному делу. «Утверждение судом этого обязательства является важным шагом в ирландском судебном споре по обеспечению защиты основного предмета спора, а именно акций ТоАЗа, до момента вынесения ирландским судом решения по иску ирландских заявителей», — считают мажоритарные акционеры химического гиганта.

Тем временем в Комсомольском районном суде Тольятти уже прошли прения сторон. Приговор вынесут завтра, 2 июля. А сегодня работники ТоАЗа проводят согласованную с властями акцию против попытки рейдерского захвата завода. В своем коллективном письме главе Верховного суда РФ Вячеславу Лебедеву они пишут об абсурдности обвинений в адрес руководителей в хищении продукции. По их мнению, «Тольяттиазот» преднамеренно вовлекли в судебный процесс в качестве потерпевшего, несмотря на абсурдность обвинений в хищении всей готовой продукции, денежные средства за которую в полном объеме получены на расчетный счет нашего предприятия». Работники завода считают, что уголовное дело против ТоАЗа, возбужденное по заявлению «Уралхима», может быть частью «спланированной недружественной акции, которая длится более 10 лет». Они обеспокоены судьбой завода и каждого из четырех тысяч его работников и их семей.

ТоАЗ многие годы входит в число крупнейших налогоплательщиков Самарской области, формирующих более четверти регионального бюджета. Завод поддерживает Тольяттинскую филармонию и Тольяттинский краеведческий музей, выдает стипендии молодым музыкантам, выделяет деньги на поддержку спорта и гранты семьям-усыновителям. И сейчас работники ТоАЗа, по их словам, пытаются отстоять предприятие.

Между тем, 3 июня Следственный комитет возбудил еще одно уголовное дело в отношении владельцев завода. Их обвиняют в создании преступного сообщества и неуплате налогов на сумму около 320 млн рублей предприятием «Тольяттиазот» и его дочерними структурами. По этому делу Басманный суд Москвы арестовал председателя правления «Тольяттихимбанка» Александра Попова. По мнению адвоката Мурада Мусаева, который представляет интересы ТоАЗа, такая мера пресечения часто рассматривается «как способ принуждения к сотрудничеству со следствием, причем, как правило, к такому сотрудничеству, которое предполагает дачу заведомо ложных показаний».

Ася Никитина

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий